загрузка...
Оценить
Шрифт

Время пришло

Страница 29

Теперь ситуация изменилась, и она готова снова пуститься в бегство. Нор знал, что с ним она не чувствует себя в безопасности. Но завтра может все перемениться. Особенно если результат будет положительным.

Если же он окажется отрицательным…

Ну да, еще совсем недавно он не собирался становиться отцом. У него были другие планы. Тем более что отцовство поневоле не слишком приятно. И все же теперь он твердо знает, что будет разочарован, если анализ даст отрицательный результат.

Безумие…

Такое же безумие, как желать Венди Рэббитс всеми фибрами своей души.

Готового решения у Нора нет.

Он знал только одно: завтрашний день позволит им стать ближе.

11

День «Д», как про себя называла его Венди, выдался на славу. Утро купалось в солнечном свете, бухта была ярко-синей. На небе ни облачка, в воздухе ни намека на дыхание большого города. Словно сейчас не осень, а середина лета. Про такие дни говорят: «Слава Богу, на свете все хорошо».

Но Венди так сказать не могла.

Она попыталась поднять себе настроение, надев желтое платье. Когда Венди спустилась завтракать, Нор уже сидел за столом и просматривал газету. Бартлетт наполнил его стакан апельсиновым соком. Оба жизнерадостно поздоровались, причем Бартлетт сделал это от души.

Глаза Нора были усталыми, как будто он спал не лучше ее. Видимо, начинало сказываться напряжение. У Венди упало сердце. Скоро поступит новость… новость, которая наверняка испортит этот прекрасный день и изменит все на свете.

— Эмиль готовит вам обоим сюрприз, — сообщил Бартлетт, наливая ей сок.

Однако у Венди так сводило желудок, что она не могла думать о еде.

— Повар он потрясающий, — заметил Нор.

И старается как может, подумала Венди, вспомнив вереницу гастрономических сюрпризов, поступавших с кухни всю эту неделю. По мнению Бартлетта, вкусная еда способствует хорошему настроению, и дворецкий сбивался с ног, пытаясь содействовать тому, что он считал многообещающим началом. Не приходилось сомневаться, что Эмиль получил приказ не ударить в грязь лицом и напрячь фантазию.

— Он считает себя художником, мастер Нор, — ответил Бартлетт, благосклонно глядя на перевоспитавшегося «дикого ребенка».

— И какое же лакомое блюдо он готовит на этот раз? — с любопытством спросил Нор.

Притворяется, подумала Венди. Наверняка тоже не может смотреть на еду. Или уверен, что любой вариант ответа ему на пользу?

— Сэр, у Эмиля есть друг, который приехал из Луизианы. Я так понимаю, что там это любимое блюдо. Жареные зеленые помидоры. Просто объедение, сэр. Я уже попробовал. Обещаю, вам понравится.

— Зеленые помидоры? — переспросила Венди.

— Именно зеленые. Нарезанные кусочками и покрытые золотистой корочкой, которая слегка отдает луком и чесноком.

Чеснок? Только его сегодня не хватало!

— Скажите Эмилю, что мы ждем с нетерпением, — откликнулся Нор, видимо любивший эксперименты с едой. Глаза его сияли, хотя лицо было утомленным. Причина его воодушевления оставалась для Венди абсолютно непостижимой.

Бартлетт поставил на стол ее любимый компот и неторопливо пошел на кухню сообщить приятную весть. Венди взяла ложку и посмотрела на стакан. Персик, груша, манго… Может быть, оставить на потом? Фрукты заглушат вкус чеснока и снимут тошноту.

— Венди, тебе очень идет это желтое платье, — тепло сказал Нор. — Надо признаться, оно прекрасно поднимает настроение.

Комплимент заставил ее вздрогнуть. Венди подняла глаза, гадая, что это значит.

Нор обольстительно улыбнулся и продолжил:

— Я от души надеюсь, что это означает полное прощение моих грехов.

Молодая женщина недоуменно захлопала глазами, не понимая, куда он клонит.

— В каком смысле? — спросила она.

— Я очень боялся, что ты придешь сюда в джинсах, готовая немедленно отправиться в дорогу, — объяснил он.

Наконец до нее дошло. Он имеет в виду их разговор в библиотеке на следующее утро после… когда она хотела уйти и согласилась только подождать результата.

— Вы не хотите, чтобы я уходила… как бы ни обернулось дело? — осторожно спросила Венди, боясь поверить его словам.

— Ни капельки! — решительно ответил он.

Ее сердце сжалось, а потом подпрыгнуло. Доброта, с которой Нор относился к ней всю эту неделю, не была притворной! Зачем ему продолжать притворяться? Может быть, она действительно начинает нравиться ему как человек. Или… он все еще чувствует себя виноватым в том, что обращался с ней не так, как бы хотелось его деду, и замаливает свои грехи.

Но не успела она задать вопрос, ответ на который мог бы прояснить причины такого поведения, как вошел мистер Бэрри с корзиной роз. Его обветренное лицо лучилось от удовольствия.

— Прошу прощения, мастер Нор…

— Не за что, мистер Бэрри.

— Новый сорт, вот что это такое! Я говорил мистеру Винсенту, что в этом году выведу его. А он ответил: если удастся, пошлешь его на весеннюю выставку.

— Ну что ж, тогда вперед! — поощрил его Нор. — На мой взгляд, они заслуживают премии.

— «Двойное удовольствие», — пропел мистер Бэрри, протягивая Венди цветок. — Вот как он называется. Потому что лепестки у него красно-белые.

— Великолепная роза! — воскликнула Венди.

— Это для вас, няня Рэббитс. Я подумал, что вы захотите поставить цветы в свою спальню.

Боже мой, как же хорошо они к ней относятся: и Бартлетт, и Севенсон. и этот милый Бэрри! — подумала Венди, а вслух сказала:

— Очень тронута! Они такие красивые!

— Я попрошу миссис Севенсон, чтобы она поставила их в воду. Осмелюсь сказать, вы сами «двойное удовольствие», няня Рэббитс. — Он многозначительно посмотрел на Нора. — Сэр, считайте, что премия у вас в кармане. Спасибо за то, что разрешили послать цветы на выставку.

  ПредыдущаяСледующая
дизайн сайта
ARTPIXE
rubooks.org