загрузка...
Оценить
Шрифт

Ошибки прошлого

Страница 31

— Тебе еще не надоело задавать один и тот же вопрос? Не заставляй меня повторяться, Кейтлин.

— Ты и правда опротестуешь закладную? И отберешь ранчо?.. — Ноги у нее так ослабели, что начали подгибаться. — У тебя совсем нет сердца, Мейсон? — К собственному ужасу, на последних словах Кейтлин всхлипнула.

Мейсон долго молчал. Неужели, подумала Кейтлин, я наконец достучалась до него?

— Вот что я тебе скажу, — наконец сказал он, — подумай до завтра. А завтра дашь мне ответ.


Думать, разумеется, было особо не над чем. Мейсон вовсе не удивился, когда, позвонив Кейтлин, услышал о ее согласии идти на банкет.

— Мне заранее все ненавистно, — честно предупредила она.

Мейсон засмеялся.

— Я веду тебя не на пытку, Кейтлин. Ты сможешь неплохо повеселиться.

Кейтлин прикрыла глаза. Если бы Мейсон пригласил ее с самого начала! А так…

— Какое там веселье. — Ее голос дрогнул. — Мне даже нечего надеть на этот твой банкет.

— Ты меня удивляешь, — хмыкнул он.

— Уж не про зеленое ли платье ты подумал?

— Про него, разумеется.

— Оно никогда не предназначалось для меня.

— Теперь оно твое.

— Платье с плеча другой женщины.

— Мечта, а не платье.

— Мечта, купленная для другой. Я не смогу надеть его.

— Когда я представляю тебя в нем, — в хрипловатом голосе Мейсона снова появились мягкие, обволакивающие нотки, — я вижу воплощенную мечту о любви, притягательную зеленую грёзу. Не будет мужчины, который не захочет подержать тебя в объятиях. Все эти гордые нефтяные короли, все до одного будут завидовать мне. Они представят, как я целую тебя…

Кровь закипала в жилах Кейтлин. Бессознательно она ерошила взлохмаченные волосы, радуясь, что Мейсон не видит ее сейчас.

— Перестань! — с отчаянием вскрикнула она наконец. И уже спокойнее добавила: — Надо быть сумасшедшей, чтобы согласиться пойти с тобой.

— Что ты сказала, Кейтлин? — В голосе Мейсона звякнул металл.

— Я не пойду на банкет.

— Ты передумала?

— Совершенно верно.

Если она ожидала новой порции уговоров, то ошиблась.

— Вольному воля, — только и сказал Мейсон.

— Мейсон… Ты дашь мне время собрать деньги?

В его тоне сквозило удивление.

— Зачем спрашивать, если знаешь ответ?

— Итак, я должна выбирать: банкет или опротестование? Тебе наплевать на мое отчаяние? Не можешь быть хоть чуточку сострадательным?

— Я сострадаю тебе, — заверил он, — только не так, как ты ждешь.

Кейтлин молчала. Если и были слова, которые могли положить Мейсона на лопатки, она этих слов не знала.

— Я прощаюсь, — заторопился вдруг Мейсон. — У меня встреча, надо выйти пораньше… Так о банкете мы забываем?

В этот момент Кейтлин осознала, что из-за гордыни и любви к Мейсону вот-вот потеряет ранчо.

— Мейсон, погоди! — выдохнула она в трубку. — Я… Я пойду на банкет. — Каждое слово давалось ей с трудом.

— Опять передумала?

— Да…

— Прекрасно, — ровным голосом откликнулся Мейсон.

К досаде Кейтлин, он, казалось, принял перемену ее мнения целиком на свой счет. Борясь с душившими ее слезами, она слушала, как он говорит:

— Я буду на ранчо в воскресенье утром. И не тревожься о платье. Я захвачу его с…

— Мейсон, — перебила она, — я хочу, чтобы ты кое-что понял. Я согласилась пойти с тобой на банкет, но потому лишь, что у меня не осталось выбора.

7

— Самая прекрасная женщина этой ночью — ты.

Было далеко за полночь. Банкет закончился, и они стояли у дверей гостиничного номера Кейтлин. Две комнаты, такое условие поставила Кейтлин, и Мейсон не возражал. Его собственный номер был дальше, за холлом.

— Не было сегодня мужчины, ни единого, кто не желал бы заполучить тебя в объятия.

— А ты не преувеличиваешь, Мейсон?

Хотя Кейтлин и выпила за вечер всего два-три бокала шампанского, она слегка опьянела. Опьянела от смеха и беззаботной атмосферы; от восторженного внимания мужчин, которых представлял ей Мейсон — кое-кто из них подавал ей знаки, но Кейтлин делала вид, что не понимает. Однако более всего опьянела она от счастья быть рядом с любимым человеком, скользить в его объятиях по паркету танцзала, прижиматься к Мейсону, чувствуя томительный восторг от соприкосновения в танце своих и его ног.

— Так уж и ни одного? — поддразнила Кейтлин.

— Ни единого, — в тон ей отозвался Мейсон.

— Ты тоже был неплох. Несколько дам просто пожирали тебя глазами.

— Правда пожирали?

— Я уж думала, ты бросишь меня на произвол судьбы, а сам уединишься с кем-нибудь.

— Там была только одна дама, с которой я желал бы уединиться, и желал я этого просто отчаянно.

— Кто она? — Сердце Кейтлин забилось чаще.

— А ты не знаешь?

— Откуда, если ты не называешь имени?

— Она стоит в нескольких дюймах от меня.

— Мейсон… — Губы Кейтлин вдруг пересохли.

— И я все еще хочу уединиться с ней.

— Сейчас очень… очень поздно. Мы оба устали, и…

— Я никогда не был менее усталым, Кейтлин.

— Думаю, тебе лучше уйти. Нам обоим пора в постель.

— Ты права, нам пора в постель. В одну, Кейтлин.

Она открыла было рот, но Мейсон приложил палец к ее губам.

— Я весь вечер желал тебя, — сказал он дерзко. — Не было и мгновения, чтобы я не думал об этом. Кейтлин… Кейтлин, я знаю, ты тоже хочешь этого.

Это, конечно, была правда. Во время банкета и танцев Кейтлин постоянно ощущала близость Мейсона, жаждала его поцелуев, томилась по избавлению, которое мог дать ей только один мужчина.

  ПредыдущаяСледующая
дизайн сайта
ARTPIXE
rubooks.org