загрузка...
Шрифт

Мистерия Дао. Мир «Дао дэ цзина»

1234...105
Страница 1

А. А. Маслов
Мистерия Дао. Мир «Дао дэ цзина»

Российская Академия Наук

ИНСТИТУТ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

Центр изучения духовной цивилизации Восточной Азии

НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР ДУХОВНО-МИСТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Москва

МИСТЕРИЯ ДАО. МИР «ДАО ДЭ ЦЗИНА»

Перевод с древнекитайского н исследование А.А.Маслова

Москва Издательство «Сфера» Российского Теософского Общества 1996

Составление, перевод, исследование и комментарии д.и.н. А.А. Маслов

Художественное оформление по материалам даосских рукописей Д.Н.Попов

Мистерия Дао. Мир «Дао дэ цзина». Сост., перев., иссл. и примеч. А. А. Маслова. Худож. оформление Д.Н.Попова. — М.: Издательство «Сфера» Российского Теософского Общества, 1996. — 512 с. — (Серия «Источники»).

ОТ РЕДАКЦИИ

...

Сборник представляет собой монографию, посвящённую одному из важнейших основополагающих трактатов китайской мистической традиции «Дао дэ цзин», оказавшему огромное влияние на формирование как даосизма, так и всей духовной культуры Дальнего Востока.

Издание включает анализ раннедаосской (лаоистской) традиции (включая данные о личности самого JIao-цзы); редкое факсимильное воспроизведение ксилографической версии трактата «Дао дэ цзин» Сун Сюэ 1314 г., отличающейся блестящей каллиграфией; первый перевод классического текста трактата непосредственно с древнекитайского языка, выполненный с учётом эзотерической традиции древнего Китая и указанием разночтений в наиболее древних и распространённых версиях; впервые переведённые на русский язык комментарии замечательного учёного и мистика III в., представителя школы «Учение о Сокровенном», Ван Би; а также комментарии переводчика, известного китаеведа, специалиста в области духовных и эзотерических традиций Восточной Азии (не только «внешне», но и «внутренне» знакомого с мистической традицией) д.и.н. АА.Маслова.

Оформление настоящего издания выполнено на основе символических изображений из оккультно-мистических даосских рукописей. Надеемся, что это представит читателю возможность более глубоко погрузиться в мир китайской мистерии. Живой, образный язык перевода и исследования, новые подходы и богатство материала позволяют пролить свет на многие тайны мистической мудрости древнего Китая и формирование особого типа дальневосточной культуры.

ПРЕДИСЛОВИЕ

...

Русскоязычному читателю предоставляется благоприятная возможность ознакомиться с одним из самых загадочных философских трактатов древности, оказавших существенное воздействие не только на формирование китайской культуры, но и на «генотип» обыденного сознания китайцев.

Первый перевод «Дао дэ цзина» в отечественной академической науке был осуществлён доктором философских наук Ян Хиншуном и издан в 1950 году. Работая над текстом, профессор Ян Хиншун, по его собственным словам, задался целью «… разоблачить гоминдановских и западных буржуазных фальсификаторов философского учения Лаоцзы и показать истоки зарождения материалистических идей в древнем Китае. Естественно, что такой методологический подход не мог не отразиться и на качестве перевода.

Текст памятника многослоен, насыщен выражениями, умышленно скрадывающими подлинный смысл слов, что допускает самые различные толкования безгранично расширяя рамки «творчества», а особенно если за перевод берётся непрофессионал. Для адекватного перевода подобного мистического текста недостаточно знать древнекитайский язык (весьма отличный от современного), необходимо реально представлять внутренние законы развития древнекитайской философской и социально-политической мысли, поскольку «Дао дэ цзин», как и любой трактат VI–III вв. до н. э., насыщен подчас искусно скрытой полемикой с другими философскими школами, особенно с конфуцианской. Поэтому вполне закономерно, что к настоящему времени в самом Китае, по подсчётам специалистов, на каждые 7 иероглифов «Дао дэ цзина» уже приходится по целой книге комментариев.

Отличительной чертой данного перевода является то, что его автор не только использовал широкий круг традиционной (прежде всего Ван Би) и современной китайской комментаторской литературы (включая списки «Дао дэ цзина», найденные в 70-х гг. в Маваньдуе), но и сумел на профессиональном уровне приобщить читателя к специфике духовной жизни Китая эпохи Борющихся царств (VI–III вв. до н. э.). Я согласен с предложенной автором концепцией дальневосточной культуры как некоего «зеркала», ибо таким образом ему удалось подобрать один из основных ключей к раскрытию потаённой мысли памятника. Это отнюдь не значит, что предложенная трактовка (Дю дэ цзина» не оставляет ниш для последующих исследователей. Уверен, что в ближайших столетиях появятся учёные, которые предложат своё видение некоторых основных понятий и концепций, и их перевод будет созвучен эпохе, ибо проблемы, поднимаемые в тексте, общецивилизационны. В этом и состоит прелесть «Дао дэ цзина», ибо его недосказанность оставляет поле для бесконечного исследования. Но эта работа несомненно использует опыт всей предыдущей комментаторской литературы.

Не претендуя на абсолютную академичность и детальный анализ всех смысловых, исторических и семантических нюансов текста, А.А.Маслов поставил своей задачей ознакомить широкого читателя с первичными слоями памятника в «контексте духовной и мистической традиции Китая», и я думаю, что он успешно справился с поставленной задачей.

  Следующая
дизайн сайта
ARTPIXE
rubooks.org